October 20th, 2013

Пациент скорее мертв

В субботу от нас ушел гражданин, оппозиционер и просто замечательный в своем прекраснодушном желании как-то улучшить людям жизнь Координационный совет. Вся российская интеллигенция с горестью услышала эту новость и оплакивает безвременно скончавшегося борца за свободу. Впрочем, давайте не будем забывать слов писателя: «Для того чтобы захотеть умереть, причины не нужны. Причины нужны для того, чтобы хотеть жить».

Координационный совет оппозиции должен был принять важное решение: по завершении своего первого срока необходимо было определить процедуру и дату новых выборов, подвести итоги, определиться с планами. Я с интересом ждала новостей с заседания, потому что, даже несмотря на весь скепсис к этому мертворожденному ребенку, я все-таки надеялась на чудо воскрешения. Во мне, как и в тысячах граждан, теплилась надежда, что политическая культура в нашей стране отныне изменилась навсегда, и она будет полна осмысленного протеста, дающего необходимую конкуренцию действующей власти. Но не тут-то было.

Каково же было мое удивление, когда я узнала, что заседание не состоялось, потому что попросту не набрало кворум. Вдумайтесь в эти цифры: из 40 человек пришло лишь 9. То есть люди, за которых проголосовали 80 тысяч человек, не считают для себя необходимым приходить на заседания, чем делают себя неотличимо похожими на некоторых депутатов Государственной думы.

Этот Координационный совет появился на волне протеста против спорных итогов на парламентских выборах. Он так много нам обещал, что, казалось, не за горами то день и час, когда эти прекрасные, свежие, полные огня молодые политики перейдут от слов к делу. Но они не спешили. Они хотели выбрать лучших. Провести внутри себя как можно более качественный отбор!

Для начала они придумали какие-то квоты, из-за которых в совет попали одиозные коммунисты и националисты, затем, едва избравшись, стали ссориться друг с другом по каким-то мелким регламентным вопросам, а в конце концов просто банально перестали ходить на заседания.

Я не хочу злорадствовать и говорить о том, что я предсказывала такой исход. Я просто хочу понять, как могло произойти, что еще вчера ярые трибуны революции исчезли, будто утренний туман.
Collapse )