?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Отметить Next Entry
Журнал «Афиша» в моем кабинете
«Афиша»: Рабочее пространство телеведущей и продюсера, которая не может определиться, за «Единую Россию» она или за честные выборы, но готовой повесить у себя портрет Алексея Навального, если ему пожмет руку Рамзан Кадыров.

«Больше года назад въехали в этот особняк в Трехпрудном. Здесь очень интересная архитектура, сами комнаты с очень интересными потолками, многие вещи мы тут даже не трогали. Ремонт занял немного времени, мы сохранили то, что было, и немного привели в порядок. Через полтора года тут все будет по-другому, Apostol Media сейчас находится в переговорах с английскими коллегами, которые предлагают свой взгляд на реконструкцию».



«Этот герб — наша Родина. Я его очень люблю, мне кажется, он очень красивый и державный. Святого Георгия я особенно люблю, считаю его своим покровителем, он вообще популярный святой в Грузии.

Рядом с гербом — фотография с Путиным, Жириновским и Медведевым: «Кажется, это пример как раз российской демократии. Посмотрите на Владимира Вольфовича, российская демократия — она такая, в тумане, непонятно, к чему приведет. Состояние Владимира Владимировича тут прекрасно видно, а Дмитрий Анатольевич улыбается. Редкая и симптоматичная фотография. Дмитрий Анатольевич часто улыбается, но при этом интересно, что делает Владимир Владимирович».



«У меня к Лаврову (министр иностранных дел. — Прим. ред.) отдельная симпатия. Есть Кеннеди с харизмой, есть неуемный Саркози, мне очень нравился Альберт Гор, когда шел на президентскую гонку, Обама был очень интересным темным принцем в ларце. В политике есть определенные мужчины, которые, даже если не знаешь их лично, кажутся чем-то большим, чем просто мужчинами. Лавров на меня всегда такое впечатление оказывал. С одной стороны, не особо многословный, мы его в публичном дискурсе, во внутренней политике не слышим. Да и нет необходимости, он все-таки занимается внешней политикой, и в тоже время у него очень сильная харизма. Вообще, я в кабинете повесила всех, кого хотела. Навального? Его вешать вообще не хочется. Я с симпатией отношусь к проснувшемуся гражданскому самосознанию, но я категорически против националистов. Только если для контраста: Навальный и Рамзан Кадыров в кадре вдвоем. Если появится такая фотография — повешу. И исходя из того что Рамзан с удовольствием приглашает националистов, он один из немногих, кто ведет с ними политинформацию, — думаю, что встреча Кадырова и Навального могла бы оказаться очень знаковой».



«Очень много времени за компьютером провожу. Все время здесь. Есть сети, где сотрудники компании общаются. Твиттер, фейсбук, «Вконтакте» — на них очень много времени. Я долго спорила с коллегами, которые занимаются телевидением, еще на заре твиттера, что в какой-то момент эта информационная лента может оказаться самой актуальной в России. К этому мы и подходим. Информация обновляется ежесекундно, все кидают ссылки. Если хочешь увидеть разноплановый взгляд на происходящие события, твиттер самый удобный. Я люблю быть хорошо информированной и из него не выхожу, у меня два телефона, всегда с собой ноутбук и айпэд. Я же веду публичный образ жизни. Для того чтобы что-то обсуждать, а комментарии у меня берут часто, надо все знать с разных точек зрения».



«Робот — это подарок. Сама бы я его не купила. Я на стороне джедаев, поэтому, ситхи, бойтесь».



«Мои сын и дочь. Когда переезжаю из кабинета в кабинет, я перевожу только фотографии детей. Это самое главное. Все остальное перевозят за меня. Остальное меня не волнует».



«Когда мы собираемся здесь и разговариваем, я очень люблю использовать эту доску. У меня и дома такие доски есть, мне нравится наглядно показывать то, о чем я говорю. Формулируешь мысли в процессе разговора, они выкристаллизовываются. И вообще, я говорю хуже, чем пишу. То есть если я даю какое-то интервью, очень люблю его потом сама поправить. И вообще, люблю когда ручка в руке».



«В рамке изначально ничего не было, мы просто закрыли в стене некрасивое отверстие. Необычности всегда вызывают ожидаемые вопросы: «А что это такое? Что же там? Там потайная дверь!

На самом деле мы здесь потом сделаем дырочку для пальцев. В Айя-Софии в Стамбуле есть огромная колонна с дырой, и огромное количество людей встает в очередь к ней, чтобы сунуть палец. Придумана легенда, что, если сунешь туда палец, тебе все грехи отпускаются. Это все чисто маркетинг. Главное — правильно придумать, правильно раскрутить и заставить людей в это верить, и они будут верить в это до конца своих дней. И здесь сделаем дырочку, чтобы грехи у сотрудников отпускать».



«У меня никогда в жизни не было визиток, эти коллеги сделали. На них написано: «Руководитель проекта». Карточки часто просят для детей на память».



«На телевизоре отсматриваю некоторые программы: «Инфоманию», например, или программу «Москва 24/7». То есть те вещи, которые мы сами продюсируем. Не свои программы в интернете смотрю. Все программы, которые мне интересны, — дома, в ванной комнате, с ноутбука. Там у меня место тусовки, угол моей квартиры, большой, светлый и теплый».



«Мой любимый журнал? С детства «Огонек» очень люблю. Сейчас он другой стал, но по инерции читаю. «Профиль», «Власть» читаю; обычно в самолетах, потому что в основном смотрю статьи на их сайтах. Esquire — поскольку-постольку. Если есть интересные вещи, люди просто кидают ссылки на отдельные статьи — недавно в Esquire я прочитала блестящее интервью с ведущим Top Gear Кларксоном, хотелось даже его потрогать. У него фантастический юмор. Раньше покупала The New Times, сейчас подписана на них через твиттер. Он всплыл на поверхность, когда Лужков дал интервью Евгении Альбац. «Коммерсантик», «Ведомости», OpenSpace смотрю».



«Для многих атрибуты власти говорят о том, что их владелец безусловно лоялен и не готов дискутировать. Я много работаю с молодыми людьми и стараюсь им объяснять, что надо любить и уважать страну, в которой ты живешь, ведь страна дает тебе возможность получить образование, выйти на рынок труда и почти обязательно уехать в декабре отдыхать».



«Мне дарят очень много книг. Вот, к примеру, «Зворыкина-Муромца» Парфенова мне Константин Львович (Эрнст. — Прим. ред.) подарил. Моя мама всегда была сильно политизирована, поэтому Киссинджер и Боровик — это люди, с которыми я просто выросла. Про Тэтчер объяснять, думаю, не надо. Много коммерсантовских книг, с удовольствием их здесь ставлю, потому что «Коммерсант» — прекрасное издательство, его издания лучше всего иллюстрируют новую российскую историю, делают это качественно, что страничку ни открой — везде подарок. Сборники Колесникова (спецкор «Коммерсанта». — Прим. ред.) есть, конечно, но тут не все книги. Его книги у меня были еще задолго до знакомства с ним. «Социальная сеть» — любимая книга моего сына, он мне ее подарил. Дома подобных книг, связанных с Цукербергом и Джобсом, у него очень много.

Очень люблю Фромма. Когда приходят молодые девушки или юноши, всегда советую им прочитать «Искусство любить». Базисная вещь, которая помогает, особенно сегодня, когда люди не особо религиозны, не особо склонны к психоанализу, — им надо читать Фромма, чтобы приводить себя в порядок. Чтение позволяет сохранить баланс. У меня много впечатлений, я уже долго живу, много чего видела, в «оранжевую революцию» была на Майдане, а 10-го — как наблюдатель на Болотной площади. Для того чтобы то, что я видела, уметь проанализировать, нужно уметь формулировать, а чтобы формулировать, нужно много читать. Вообще, я завалена книгами. Если в спальню дома зайти, они там разве что на голове не лежат».



«Сотрудники заставили меня принести статуэтку «Тэфи». У меня их три, но два раза они до меня не доходили. Или четыре. Не уверена. У меня всегда так: я что-то получила — я забыла. Хотела, хотела, хотела, когда мне это дали, мне это уже не интересно».





«Глобус мне подарили в Татарстане, очень необычный, он будто висит в воздухе. Я его практически выпросила. Увидела в кабинете пресс-секретаря президента этой республики, попросила рассказать, где он продается, мне пообещали рассказать, а через полчаса его для меня уже привезли. У меня вообще замашки бывших отличников: ручки, книжки, глобусы, другие канцелярские вещи».





«Мне много чего дарят, когда по регионам езжу. Эту шкатулку президент Татарстана подарил. Она музыкальная».



«Очень люблю этот вид. Я живу на 32-м этаже, у меня очень красивые виды из окон — особенно красивые во время заката, вообще нереальное зрелище. Я попросила найти что-то похожее, с закатными цветами. Я часто до ночи глубокой сижу в кабинете. Считаю Кремль очень красивым. Когда устаю, катаюсь по центру Москвы, лучше всего расслабляет. Москва очень красивая».



Фотографии: Алексей Калабин




  • 1
Мне без разницы, в грязи или в чем то еще. Считать себя элитой - не аристократично.
А аристократизм - это от рождения. И ему без разницы в каком социальном слое он находится.
Вы себя считаете элитой что ли? я вас обидел?

лавров ненавидит всю эту питерскую шелупонь. он душой уже давно не с Россией. просто работа такая.

А вы не помните, что аристократия считала себя элитой?!
А как же тогда интеллектуальная элита?
Просто не понимаю, почему элита ассоциируется с чем то грязным.

само по себе слово несет смысловую нагрузку. В смысле этого слова ничего грязного естественно нет.
в нашей повседневности, когда публично себя причисляют к элите все кто выучил это слово, смысл исказился.
Я уже написал, истинный аристократ выше всяких определений. Я и Лаврова так воспринимаю. Он еще интересен тем, что по отцу грузинский армянин. Гурджиева чем то мне напоминает. И не трепло, как многие его коллеги. Когда его воспринимаешь, видишь, что он находится не только между ботинками и шляпой.

Ну насколько я знаю профессора все же причисляют себя к интеллектуальной элите и я ни считаю это грязным.
Эли, если вы имеете введу весь шоу биз и т.д. стала грязной из-за направленности сми, они постоянно ищут скандалов и придумывают их на пустом месте. Элита может быть сама по себе и не плоха, а вот некоторые ее субъекты могут производить пагубное влияние и впечатление, что сразу проецируется на всю элиту.

наши профессора думаю на свой счет ошибаются. или вы много знаете открытий, сделанных ими в наши дни? про шоу бизнес я вообще молчу.

А что у нас профессора только в наши дни открытия делали? Вы берете ограниченное количество людей, которые кстати выросли то при СССР и при его развале, а вы вспомните, кто был до них, и такие еще живы.

те кто делал их во времена брежнева уже реинкарнировались на других планетах. а те кто еще здесь - чаще всего думают о том, хватит пенсии или нет, чтобы заплатить за услуги ЖКХ. но их к счастью мало. и они были не элитой, а плоть от плоти народа.

Знаете, насколько я знаю элитой, им все же давали более хорошее жилье и зарплаты повыше были и они были символом другого мира, точнее они отличались на уровень от народа.

я написал плоть от плоти, выражаясь по другому - из народа.
вы сводите понятие элитарности к социальному уровню. в этом и есть главное заблуждение сегодняшней "элиты". О них забывают ровно через минуту после того, как о них слышат.

так мы же говорим про современное понимание слова. Сейчас его смешивают с грязью, но раньше оно чистым и социальным то же, возьми те хотя бы дворян при империи, они считались элитой и социальный статус у них был явно выше чем у крепостных.

Ломоносов был из крестьян. и жил в принципе скромно. Он - элита.
А русские цари, за редким исключением, элитой не были. Ибо многие мало что в истории оставили.

Практически каждый царь что то оставил великое для страны

А как же Петр или Елизавета, что вообще никто у нас и ничего не сделал?
Я не говорю, кто и откуда выбился, я говорю про состояние, что элита есть и что ей то могут стать кто угодно и из любого слоя. Кстати познакомьтесь с его личностью поближе, Ломоносов был поморским крестьянином, а это своего рода считалась элита, он был свободным и достаточно обеспеченным для тех краев.

  • 1