Тина Канделаки (tikandelaki) wrote,
Тина Канделаки
tikandelaki

Category:

История одного города

Антон Павлович Чехов однажды отметил в записной книжке: «Университет развивает все способности, в том числе – глупость». Наша система образования – то увеличительное стекло, под которым отчетливо видны все человеческие недостатки.

В Свердловской области есть небольшой городок Волчанск. Его мэр, единоросс Александр Вервейн, взял все население в заложники и по одному разделывается с теми, кто его не любит. Александр Вячеславович прогремел на всю страну в январе этого года, когда уволил Сергея Воронина, директора местной школы №26, за то, что Воронин составлял ему политическую конкуренцию.

Дело в том, что мэра Вервейна в городе не очень-то жалуют: на муниципальных выборах, которые прошли в 2012 году, жители Волчанска уничтожили более 60% бюллетеней. Конкуренцию Вервейну тогда составлял Воронин, который был отстранен от предвыборной гонки через суд. После избрания Александр Вячеславович решил «зачистить поляну» и пустил в ход свои щупальца, именуемые административным ресурсом. Воронин и другие депутаты местного Совета еще в конце прошлого года писали губернатору области и президенту Путину о том, что Вервейн сводит счеты с конкурентами. Меж тем, Александр Вячеславович набрал крейсерскую скорость и остановиться уже не мог: депутат Сергей Воронин был снят немилосердным мэром с должности директора школы. Нужно сказать, Сергей Александрович работал директором более восьми лет.

И все было бы тихо, но беда Вервейна в том, что Сергея Воронина, в отличие от него, в городе любят. Мы же с вами знаем: легче найти иголку в стоге сена, чем, талантливого педагога, готового трудиться за скромный оклад. В маленьких городах, где у людей небольшой выбор учебных заведений, такие профессионалы на вес золота. Поэтому жители Волчанска – старшеклассники 26-й школы и их родители – вышли на улицу с лозунгом «верните Воронина». Все-таки далеко не каждому директору выпадает такая честь – настоящее признание со стороны учеников. А безумие продолжало нарастать: и. о. директора Ирина Гетте вызвала полицию, и детей привлекли к административной ответственности за нарушение закона о митингах.

Впрочем, и увольнение Воронина, и не очень благородный поступок «ставленницы» Гетте, по-своему соответствуют логике нашей системы образования. Там, где передовая школа ставит на воспитание ярких лидеров и инноваторов, мы строим казармы. У нас главы образовательных учреждений – люди подневольные, полностью зависящие от местных властей и от министерских циркуляров, над которыми иной раз только посмеяться можно. Скажем, адекватному директору школы, чтобы не быть уволенным каким-нибудь Карабасом Бородавкиным, приходится регулярно ходить на ковер, отчитываться, выказывать лояльность. Сверху приходят требования – директор должен аккуратно спустить их на плечи учителей, которые от этих требований бегут врассыпную. Допустим, пришел молодой педагог учить детей, сеять разумное и так далее, а ему в педагогическую нагрузку идиотизм: «Организовать рабочее место на основе ноутбука как органичную часть кабинета и как сегмент образовательного пространства Учреждения…»

Или предлагают заполнить показатели по – внимание! – общекультурной и поликультурной компетентности обучающихся и уровню их толерантности. В герметичной системе школьного образования ворох таких бессмысленных бумаг пусть с ненавистью, но будет заполняться, так система работает таким образом, чтобы ни у кого не было самостоятельности. Эта прусская, базирующаяся на вертикальном повиновении, модель управления образованием нацелена на подавление инициативы и любого свободомыслия. Чиновник спускает приказы – директор берет под козырек под угрозой расстрела. В результате, школа как институт воспроизводит конформизм, подчинение и лишает полета мысли. Я вспоминаю невероятный по эмоциональному накалу фильм «Общество мертвых поэтов», где герой Робина Вильямса – талантливый учитель - берет на себя смелость выступить против «системы» и открыть своим ученикам новые горизонты. В одном из эпизодов он цитирует стихотворение Роберта Фроста «Другая дорога» - посмотрите этот эпизод



и прочтите это стихотворение:

Скрещенье тропинок в осеннем лесу,
Когда б раздвоился, я выбрал бы обе,
А так — словно держишь судьбу на весу,
Стоишь и глядишь сквозь сухую листву
На ту, что теряется в темной чащобе.

Я выбрал другую, — она посветлей,
И мне показалась еще нелюдимей,
Приятней на вид и трава зеленей;
Хотя для того, кто проходит по ней,
Отличия вряд ли уже различимы, —

Их, если и были, укрыл листопад,
Еще не примял его грубый ботинок.
О, если бы снова вернуться назад!
Но вряд ли решусь на сердечный разлад,
На зов и соблазны бегущих тропинок.

Со вздохом припомню, годы спустя,
Как чаша весов в равновесье застыла:
Тропинки скрестились в лесу, и я —
Пошел по заброшенной. Может быть, зря…
Но это все прочее определило.


История Волчанска, к счастью, пока удачно разрешается для Воронина, который отчего-то не пошел протоптанной дорожкой конформизма. Зато Вервейн пошел на попятную – и заключил с экс-директором мировое соглашение, по которому Сергея Воронина восстановят в должности на 3,5 года. Но война на этом не заканчивается: Ирина Гетте, вызывавшая полицию из-за митинга старшеклассников, написала в прокуратуру – проверить, не трудоустраивал ли Воронин «мертвых душ». Давайте не упускать из виду эту историю.

Tags: russia, Вервейн, Воронин, Россия, образование, политика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 78 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →